Главная cтраница Главная cтраница
Главная cтраница
Главная cтраница
Главная cтраница

Головна cтраница
Головна cтраница
Головна cтраница
Галоўная cтраница
Галоўная cтраница
Галоўная cтраница

Главная cтраница
Главная cтраница Главная cтраница Главная cтраница Главная cтраница

Leos Janacek / Леош Яначек (часть IV)

Через пять лет после премьеры "Пана Броучка" композитор обращается к подсказанному Карелом Чапеком сюжету "Средство Макропулоса", который тоже легко было бы трактовать в тональности сатирической. Но в письме к своему другу Яначек сознается, что героиня оперы вызывает в нем какую-то жалость. Триста лет прожила благодаря "элексиру молодости" Элина Макропулос, прожила бессмысленно, бесцельно. Но вот она у последней черты. Вероятно, движимый сочувствием к Элине Макропулос, Яначек написал потрясающий по силе предсмертный монолог своей героини. Жанр "Средство Макропулоса" очень своеобразен и не вмещается в обычные рамки. Может быть, ближе всего к нему подходит определение "сатирическая драма".

Незадолго до этой оперы, в 1923 году, Яначек создал одно из обаятельных своих произведений "Приключения Лисички-плутовки" по сказочной повести Р. Тешнохлидека. В "Лисичке-плутовке" действие развивается в двух параллельных рядах: в человеческом обществе и в мире животных. Соответственно, каждый персонаж как бы дублирован. Очаровательной девушке Теринке соответствует Лисичка-быстроушка, пастору - барсук, Рейнеке-Лису - охотник Гарашта, лесничихе - сова и т. д.

По "Приключениям Лисички-плутовки" можно судить о том, как хорошо знал и любил природу Яначек. Здесь словно озвучены голоса природы. Но в "Лисичке-плутовке" речь идет не о звукоподражании, а о замечательном реалистическом письме композитора-анималиста, восхищенного чистотой, поэтичностью и правдивостью жизни обитателей леса. "Приключения Лисички-плутовки"- глубокая и остроумная музыкальная сказка для взрослых.

Таков краткий обзор девяти опер, занимающих центральное место в творческом наследии Леоша Яначка и играющих значительную роль в истории музыкального театра XX века.

И в других жанрах он создал произведения высокого мастерства, особенно, когда музыка воплощала значительные сюжеты и образы. Так, в 1918 году написана была уже упоминавшаяся трехчастная рапсодия "Тарас Бульба" для симфонического оркестра - произведение яркого патриотического звучания. Патриотическая идея положена и в основу "Бланицкой баллады" (1920 г.), воскрешающей события эпохи гуситских войн. Полны человеколюбия его баллада для оркестра "Дитя бродячего музыканта" (1917 г.) и "Дневник исчезнувшего" (1919 г.) - вокальный цикл для тенора, контральто и фортепиано, к которым в финале присоединяются три женских голоса, звучащие, как эхо.

В 1926 году Яначек создает Симфониетту в ознаменование VIII спортивного праздника Чехословакии. Грандиозный состав оркестра, включавший 12 труб, 4 тромбона и 3 тубы, призван воплотить образы родной земли в ее цветении, радость и жизненную силу живущих на ней людей. Симфониетта (длящаяся около 25 минут) стала самым популярным из сочинений Яначка в репертуаре большинства оркестров мира.

...Когда же, наконец, пришла слава к музыканту громадной одаренности, неутомимому композитору, педагогу, общественному деятелю, патриоту? Когда десятки его партитур вышли из заточения, из ящиков рабочего стола, где без движения они провели столько лет?

Это случилось только в 1918 году, когда образовалась и Чехословацкая республика. Тогда-то имя Яначка, получившее известность после пражской и венской премьер "Йенуфы" вышло, наконец, на мировой простор.

Последние десять лет жизни Яначек провел в Праге, куда переехал в 1918 году, заняв место профессора консерватории.

Влюбленный в жизнь во всех ее высших и самых обыденных проявлениях, он только в ней искал и находил все импульсы для своего творчества. Ему, знающему, как велика роль музыки в нравственном созидании душевного мира, претили всякие лжеистины модернизма. И напрасно некоторые биографы, напуганные непривычностью, резкостью иных созвучий, упрекают великого правдолюбца в модернизме. Жизнь, о которой писал Яначек, нередко наполняли такие страдания, так безнадежно тянулись руки в мольбе о справедливости, что рядом с этими диссонансами действительности самые резкие созвучия Яначка кажутся чрезмерно мягкими, только направляющими воображение в мир, где крестный путь свой прошли Йенуфа, и Катя Кабанова, и узники сибирской каторги.

До конца дней своих Яначек не выпускал из рук карандаша, оставаясь человеком, которому, по выражению В. Асафьева, "до самой смерти удалось быть в числе молодых".

< возвращаемся