Главная cтраница Главная cтраница
Главная cтраница
Главная cтраница
Главная cтраница

Головна cтраница
Головна cтраница
Головна cтраница
Галоўная cтраница
Галоўная cтраница
Галоўная cтраница

Главная cтраница
Главная cтраница Главная cтраница Главная cтраница Главная cтраница

Benjamin Britten / Бенджамин Бриттен (часть III)

Вернемся еще к операм. За "Оперой нищих" последовал "Билли Бэдд". И здесь композитор обращается к сложной амальгаме душевного мира героя. Билли Бэдду, молодому моряку, добродушному, веселому, общительному человеку, противостоит изуверство боцмана Клэгардта. В столкновении с ним, носителем бесчеловечности, сам не желая этого, Билли убивает боцмана и идет на казнь.

Сгущенный психологизм этой оперы находит свое выражение в резком противопоставлении музыкального языка героев: интонации Билли Бэдда естественно слагаются в мелодические линии, родственные народным истокам. Боцман же пользуется очень ограниченным интонационным словарем речитативного характера. В репликах оркестра, сопровождающих "речь" боцмана, часто слышатся натуралистические подробности. Как и в "Питере Граймсе" перед нами герой, наделенный сложными, противоречивыми чертами, и потому его образ так жизненно правдив.

Оперы, в которых нет хора и балета, нет громоздкого симфонического оркестра, оперы, рассчитанные на самое портативное сценическое оформление,- это не выдумка Бриттена. Небольшие одноактные оперы-интермедии известны были еще в XVIII веке, во времена Перголези. Речь идет не о приоритете, а о том, что в борьбе за жизненные судьбы оперы Бриттен на новой основе возрождает забытые традиции жанра, в наши дни не менее важного, чем в годы рождения "Служанки-госпожи" Перголези, одной из самых популярных по сей день опер-интермедий XVIII века.

В поисках яркой антитезы злу и мраку, так упорно заявляющих о себе во многих сочинениях Бриттена, композитор приходит к широкому кругу тем, связанных с детством, юностью, весной жизни. Он выступает как писатель-музыкант с очаровательной книгой "Чудесный мир музыки", рассчитанной на молодых читателей. В ней захватывает поразительное сочетание глубины поставленных проблем и обаятельной простоты изложения, заставляющие вспомнить талантливые беседы с молодежью Дмитрия Кабалевского и Сергея Образцова. Но не только книгой адресуется Бриттен к молодежи. Звонкие голоса детворы звучат во многих его сочинениях: в "Рождественских песнопениях", в своеобразном представлении под названием "Давайте поставим оперу", в Военном реквиеме и многих других.

Сложный душевный мир ребенка (по воле драматурга и композитора, соприкасающегося с привидениями) отражен в опере "Поворот винта". Заботой о приобщении юношества к "большой Музыке" продиктовано сочинение симфонических Вариаций и фуги на тему Пёрселла, уже упоминавшихся, известных под названием "Путеводитель по оркестру для юношества". Вначале это была музыка к фильму "Инструменты оркестра". Тысячи писем юных радиослушателей, содержащих не только благодарности, но, естественно, и вопросы, советы, пожелания, навели композитора на мысль о создании "Путеводителя", в котором в начале тема из "Абделазера" излагается шесть раз а ансамблевых сочетаниях оркестровых групп, а затем следуют тринадцать сольных вариаций и заключительная фуга. Со времен Детской симфонии Гайдна молодые слушатели не получали такого талантливого, веселого и полезного музыкального подарка.

Увлеченный пропагандо музыкальных знаний в детской и взрослой непрофессиональной среде, Бриттен нередко выступает в качестве лектора, убежденный в важности личных контактов с аудиторией.

Многим из нас доводилось слушать его выступления в качестве пианиста в ансамбле с Питером Пирсом во время их неоднократных гастролей в Советском Союзе, видеть его за дирижерским пультом. Какая многообразная и активная деятельность и при этом какая целеустремленность! О Бриттене можно сказать; это музыкант для людей.

Поэтому так естественно и закономерно возникновение произведений, прямо откликающихся на зовы дня, на все то, что волнует людей нашей эпохи. За несколько лет до начала второй мировой войны Бриттен пишет хор "За демократию" на слова Р. Суинглера. В 1938 году появляется его Баллада о героях. В мужественной, как из звонкой бронзы вычеканенной мелодии звучали стихи В. Одена и Р. Суинглера, воспевая бойцов Интернациональной бригады, погибших в боях за республиканскую Испанию. Здесь не только талант музыканта, но и мужество гражданина, отважившегося выступить с ярко антифашистским произведением в Англии, кабинет которой возглавлял тогда Чемберлен. Двумя годами позже, в 1940 году, возникает его трагическая "Sinfonia da Requiem" - непосредственный отклик на смерть родителей. От этих произведений, в которых звучит гражданский пафос, скорбь, ненависть, призыв к отпору и личное горе, прямой путь ведет к самому значительному из всего, что создано Бриттеном, к Военному реквиему.

О том, что привело его к Военному реквиему, Бриттен говорит: "Я много думал о своих друзьях, погибших в двух мировых войнах... Я не стану утверждать, что это сочинение написано в героических тонах. В нем много сожаления по поводу ужасного прошлого. Но именно поэтому Реквием обращен к будущему. Видя примеры ужасного прошлого, мы должны предотвратить такие катастрофы, какими являются войны".

В превосходной работе о Бриттене Генрих Орлов пишет: "Первое исполнение Военного реквиема на Британских островах состоялось в мае 1962 года. Вскоре он обошел крупнейшие концертные залы Европы и Америки. Ни одно сочинение, написанное в XX веке, не имело более значительного и быстрого успеха, чем Военный реквием Бриттена; единодушное мнение провозгласило его самым зрелым и красноречивым проявлением таланта композитора". Для характеристики успеха достаточно сказать, что комплект пластинок с записью Военного реквиема, выпущенный фирмой Decca, в течение первых пяти месяцев разошелся в количестве 200 000 экземпляров.

Бриттен обратился к реквиему, древней форме заупокойной мессы. Взяв полный канонический текст на латинском языке, Бриттен параллельно вводит текст английского поэта Уилфрида Оуэна, участника первой мировой войны, погибшего 4 ноября 1918 года. "У Уильяма Пломера, известного писателя, поэта, публициста, было достаточно оснований назвать его "выдающимся английским поэтом как первой, так и второй мировых войн, который обращается к скорбящим 1945 года так же, как скорбящим 1918 года. Более того... поскольку страхом войны объят сейчас весь мир, его элегии обращены прямо к нам. Они предостерегают".

Военный реквием написан для смешанного хора, хора мальчиков, трех солистов (сопрано, тенора и баритона), органа, симфонического оркестра и камерного оркестра. Оба хора, сопрано и симфонический оркестр исполняют канонический латинский текст, а тенор и баритон в сопровождении камерного оркестра поют антивоенные стихи Уилфрида Оуэна. Так, в двух планах, развертывается поминовение погибших воинов. И оттого, что латинский текст обобщает извечную скорбь всех поколений, английский, поминая жертвы войны, обращается к живущим ныне, а оркестровые пласты звучности, подобно волнам безбрежного океана, вламываются в сознание каждого слушателя,- так грандиозно впечатление от Реквиема Бриттена, обращенного не к богу, а к человечеству.

Бенджамин Бриттен наделен талантом плодовитости. Из-под его пера родились симфонии, концерты (фортепианный, скрипичный, виолончельный), циклы песен, множество камерной музыки.

< возвращаемся